Три имени сапожника Мен Ха

Первое событие случилось через полгода после выселения. Ему дали новое имя.

Прежние хозяева велели корейцам забыть собственные имена и дали вместо них японские. Так он стал Юкито Таками. Японцы считали корейцев второсортными отбросами и не хотели, чтобы их похожие на грубые короткие обрубки имена оскверняли воздух, которым дышат подданные великого Императора. Что ж, они были правы. Не секрет, что имя, данное при рождении, определяет судьбу человека и изменив его, ты словно вызываешь на свет новую сущность с иной судьбой и характером. Юкито Таками быстро научился молчать и терпеть побои, получая за хорошо сделанную работу зуботычины вместо награды. Пусть он лишился своего имени, но лишить его ремесла и предназначения не в силах никто.

Весной 1946 года русские начали регистрацию бывших японских подданных, и он, отложив заказы, покорно явился за временным удостоверением. Ему приказали назвать свое корейское имя и он, запинаясь и волнуясь, назвал себя: Ким Мен Ха. Он выговорил его непослушными губами совсем тихо, словно чужое.

Строгий светловолосый офицер раздраженно переспросил:

– Громче скажи! – и занес ручку над серой книжицей. Мен Ха выкрикнул свое имя, тот записал – Им Ен Хан и посетовал хорошенькой секретарше, сидящей напротив: «И что за имена у этих чурбанов, словно култышки!» Та заливисто засмеялась, и крикнула грудным голосом: «Следующий!»

Вечером Ен Хан долго смотрел на серую бумажку, где непонятными значками было означено его новое имя и новая сущность – кореец, без гражданства. А раз ты без гражданства, то у тебя нет родины и ехать тебе некуда.