Через Гоби и Хинган. Советско-японская война в письмах русского солдата

«Слишком многого эти победы стоили нам трудов и лишений, смертей и отчаянной боли, выпавших волос и разлук…»

Ровно 75 лет назад 2 сентября 1945 года подписанная на борту американского линкора «Миссури» капитуляция Японии официально завершила Вторую мировую войну. Факт подписания документа на палубе корабля Военно-морских сил США и предшествующие этому атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки американской авиацией (6 и 9 августа соответственно) — оттенили в глазах следующих поколений огромный вклад Советского Союза в разгром последнего из государств «оси» и в приближение долгожданного мира.

14 августа 1945 года, вследствие фатального для японских сухопутных сил вступления Советского Союза в войну, император Хирохито приказал войскам сложить оружие. Однако это ещё не была окончательная и безоговорочная капитуляция, приказ исполнялся «постепенно»: в последующие дни Красная Армия вела бои, в результате которых была освобождена Корея, шли сложные десантные операции на Южном Сахалине и Курилах.

Красная Армия, имея такой боевой опыт, каким, пожалуй, не обладала ни одна армия в истории — менее чем за пару недель смогла приблизить день окончания Второй мировой, выбив из рук самураев — одним решительным ударом, с размахом в тысячи километров — их меч — Квантунскую армию.

Однако даже в самом СССР память о советско-японской войне 1945 года никогда не была «в зоне особого внимания», оставаясь скорее на периферии. Если количество снятых в нашей стране кинокартин о Великой Отечественной исчислялось многими сотнями, то войне против Японии были посвящены лишь несколько — да и те стали появляться только в восьмидесятые («Через Гоби и Хинган», «Приказ: перейти границу») — словно «скромное» участие Советского Союза большего и не заслуживало…

Что интересно, недооценка значения и масштаба скоротечной советско-японской войны характерна не только для послевоенного времени. Многие непосредственные участники войны, прошедшие Великую Отечественную, воспринимали войну против Японии не более чем «бой после Победы». Ведь главное — уже свершилось: повержена Германия! Остальное как будто и не так важно.

Так, не испытывал особого пиетета к новому восточному противнику двадцатилетний младший сержант Лев Маркович Городенский, переживший два года в пехоте, пять ранений и даже пребывание в штрафной роте на советско-германском фронте. Его письмо родителям от 9 августа 1945 года было опубликовано Научно-просветительным центром «Холокост» в сборнике «Сохрани мои письма…» (Вып. 4, 2016):

Лев Маркович Городенский

…сегодня узнали <…>  о войне с Японией. Правда, это уже не то, что была война с Германией. Япония, видимо, плохо усвоила урок Германии. Ну что ж: русский солдат сейчас в Берлине, и у него нет претензий на Токио, если он останется на земле.

Но вот что пишет рядовой Владимир Наумович Цоглин, побывавший на 1-м Дальневосточном фронте:

Владимир Наумович Цоглин

Воевали всего 5 дней, но я согласен воевать с немцами полгода, чем с этими азиатами 5 дней… Воевать они ни черта не умеют, и их опрокинули в два счёта, но ночью они, как кошки, бродят по сопке с ножами в полметра, в тапочках и легко одеты. В сопках у них есть подземные склады, и они днём в них прячутся. Это смертники, их бьют немилосердно, и этим они войну не выиграют, но перед тем, чтоб самому умереть, стараются как можно больше убить противника и умереть самураем. Они не на тех нарвались. Это им не китайцы, их бьют, как крыс. Но для нас уже кончилось такое счастье созерцать их поганые рожи, которые не собирался видеть, и ещё бы сто лет не видеть. («Сохрани мои письма…» (Вып. 1, 2007)

Капитану медицинской службы Якову Юрьевичу Попелянскому, интеллигентному офицеру по натуре, было свойственно осмыслять события ещё до того, как они успели стать историей. Но главное в данном случае — он находился в Монголии, близко к месту исторических событий. 15 августа он писал невесте:

Яков Юрьевич Попелянский

Когда ты ещё спала глубоким сном, а у нас уже был день, и мы узнали о решении Микадо [японского императора — Р. Ж.] сложить оружие. Итак, «противное человеческому естеству» [цитата из «Войны и мира» — Р. Ж.] состояние войны сменяется миром, нашей победой. Такие события осознаются не сразу, т.к. мы подходим к ним исподволь. Представь себе на минуту, что ты узнала о происшедшем не сегодня, а летом 1940 года! Ты просыпаешься летним утром 1940 года и узнаешь, что японский и немецкий фашизм повержены в прах! Вот бы… Слишком многого эти победы стоили нам трудов и лишений, смертей и отчаянной боли, выпавших волос и разлук…


Более четверти века фронтовые письма и дневники равно как и документы о жизни в тылу собирает в своём архиве российская некоммерческая организация — Научно-просветительный центр «Холокост». И если первоначальным подходом организации был поиск и сбор источников о судьбах евреев, то теперь задача Центра «Холокост» показать всё многообразие советского народа, победившего человеконенавистнические режимы в Европе и на Дальнем Востоке.

Среди фронтовиков, сражавшихся на фронтах, в том числе и среди тех, кто освобождал страшнейший нацистский лагерь Аушвиц, среди тружеников тыла были и советские корейцы. Поэтому если в вашей семье хранятся письма, дневники, фотографии и документы военных лет, пожалуйста, отсканируйте их и пришлите автору этих строк: romazhigun@mail.ru

Роман Жигун. (Фото Артема Бажоры «РК»)

Роман ЖИГУН, научный сотрудник Архивного отдела научно-просветительного центра «Холокост» http://holocf.ru/