«Моей отдушиной стало кино…»

Сценаристы — люди за кадром, но именно они считаются «властителями умов», ведь придуманные ими сюжеты являются первым звеном цепи в КАРТИНЕ, которую в конечном итоге видят зрители.

Ко Дню российского кино 27 августа газета рассказывает об Ольге ЛАРИОНОВОЙ, чья судьба как сценарий сериала…

Справка «РК»: Ольга ЛАРИОНОВА – сценарист, в 2008 г. — приз за лучший дебют кинофестиваля «Кинотавр» за фильм «Нирвана»; Фильмография: «Нирвана», «Ключи от Счастья», «Школа», «Мой Любимый Гений», «Алтарь Тристана», «Райский Уголок», «Притяжение», «Золотая Орда», «Хозяйка Горы», «Тонкие Материи» и др.

ТОМ 1. История моей семьи:

Я родилась в 1984 году в Семипалатинске, Казахстан. В детстве город свой не любила: за провинциальность (в нем даже не было кинотеатра), за погоду. Достоевский, который жил там в ссылке, недаром называл его «чертовой песочницей». Ветер, песок, летом несусветная жара, зимой морозы… Я мечтала уехать. Но теперь понимаю, что в этом городе, в лихие 90-е гуляя с подружками по клубам и стройкам, я была свободна, как никогда потом.

Семипалатинск – город, куда ссылали на поселение освободившихся из сталинских лагерей, куда во время войны приезжали эвакуированные из блокадного Ленинграда, где жили пленные немцы и их дети. Китайцы, которые бежали от режима Мао…

Мой дед, китаец Пон-Бын Ян, приехал в Семипалатинск в конце сороковых, отработав 10 лет на лесоповале. До того он помогал своему отцу вести бизнес на Дальнем Востоке и попросту не успел уехать, когда начались массовые репрессии по отношению ко всем инородцам. У него было два образования: военное и юридическое, которые он скрыл, чтобы его не расстреляли.

В Семипалатинске он встретил бабушку, красивую детдомовку Нину, которая едва умела читать и работала водителем грузовика. Их вечные идеологические споры и культурные противоречия мама в шутку называла «борьбой капитализма и социализма». Тем не менее, в чем-то главном они сходились: оба начали жизнь с нуля, оба знали, что такое потерять все, оба видели смысл жизни в лучшем будущем для единственной дочери. И им это удалось: мама получила два высших образования и сделала карьеру в издательском деле.

Семипалатинск 80-х

Семипалатинск моего детства запомнился мне как маленький плавильный котел, где смешались все национальности и классы, царила атмосфера толерантности и дружбы народов. В Казахстане было много корейцев. С кореянкой Леной Тен мы дружили с детского сада. Она была самая маленькая в саду и в школе, но самая умная. Я на неё равнялась (ох, это вечное соревнование корейцев и китайцев). Когда они уехали в Россию, я очень переживала. К сожалению, ее след потерялся. Мама моя тоже дружила с бизнес-леди кореянкой Мариной Ким, которая сама подняла бизнес и дочь выучила в США.

Переезд в Россию:

После смерти бабушки мы с мамой решились на переезд в Россию. Выбрали город Смоленск – близко от Москвы, где я мечтала учиться, рядом мамина подруга, редактор местной газеты, которая могла бы помочь с работой.

Престижная средняя школа Смоленска оказалась для меня настоящим испытанием, где бал правило «токсичное» руководство, по-взрослому и без снисхождения разбираясь со всеми, кто хоть чуть-чуть выделялся. А я выросла вольной птицей, и как бы ни пряталась за спины одноклассников, меня отовсюду было видно с моим постоянно меняющимся цветом волос, серьгой в брови и 10-ти сантиметровыми платформами.

«Школа»

Отличница в прежней школе, тут я быстро скатилась на тройки, потому что эмоционально не выдерживала оскорбления и эмоциональное давление. Школа месяц за месяцем подрывала мою самооценку, уничтожала мечты и веру в то, что я хоть чего-то добьюсь в жизни. Меня поддерживала только наш классный руководитель Татьяна Ивановна, учительница русского и литературы.

К счастью, мне попался интересный и дружный класс, в котором, во многом благодаря классному руководителю, царила атмосфера настоящего школьного братства. Мои самые близкие друзья сейчас — это мои одноклассники.

Второй удачей стала встреча с Ларисой Павловой, самым молодым в городе доктором наук, красавицей с невероятной харизмой. Она стала моим репетитором по литературе, потому что мама была уверена – я должна и могу поступить на журфак МГУ. Я в это не верила ни одной минуты, но к репетитору пошла – и тут надо мной буквально разверзлись небеса! Литература открылась для меня, как точная наука, со своими строгими правилами и гармоничными законами. Я научилась глубоко понимать художественный текст и «начитала» базу из классических произведений на долгие годы вперед.

Еще одной моей отдушиной стало кино. В городе было целых три кинотеатра и я пропадала там после уроков. В тринадцать лет я впервые посмотрела «Матрицу» с Киану Ривзом. Я вышла на подкашивающихся ногах, абсолютно счастливая. Впервые не думала ни о школе, ни о других проблемах – два часа в кинотеатре сделали меня сильнее и счастливее. И тогда я решила, что тоже хочу снимать кино, стать режиссером.

Когда я поступила в МГУ, началась моя совсем другая жизнь. В отличие от школы, на факультете царил культ творчества и уважения к студенту. Там я чувствовала себя почти дома. «Почти» — потому что будущая профессия журналиста меня пугала. Интроверт по природе, я к тому же за годы во враждебной школьной среде обросла кучей комплексов и каждый раз, собираясь на интервью, испытывала страх и трепет. Один раз, прежде чем взять интервью у директора завода, два часа прогуляла на морозе вокруг этого завода – так боялась идти и общаться…

Тем не менее, все студенческие годы я работала в московских газетах и «глянце». Меня уже знали и со второго курса звали в штат, потому что писала я хорошо, а интервью в итоге брать все-таки научилась.